Мечты развеялись, как дым…

Каждый из нас хочет прожить долгую и счастливую жизнь и провести последние годы в тепле и уюте, рядом с близкими и понимающими людьми. Заботливые дети, внуки и правнуки, большое кресло-качалка, клетчатый плед, удобные тапочки, чай с клубничным вареньем… Но, к сожалению, суровая реальность нередко вносит коррективы в радужные планы вышедшего на пенсию человека, безжалостно и беспощадно уничтожая его мечту о беззаботной старости.

На прием к председателю Постоянной комиссии ВС АРК по социальным вопросам, здравоохранению и делам ветеранов Петру Запорожцу инвалид войны 2-й группы Николай Сипатрин приходит уже не в первый раз. Проблема, с которой столкнулся житель Партенита, поражает драматичностью, достойной пера литератора, и цинизмом, с которым человек на склоне лет не может смириться.

Отслужив долгие годы в Вооруженных Силах необъятной Родины, которой давно уж нет на карте, Николай Николаевич вышел в отставку, получил от государства двухкомнатную квартиру и отправился на заслуженный отдых. Семейная жизнь не сложилась — не выдержала женщина нелегкой доли супруги военнослужащего, уехала вместе с детьми и связи с бывшим мужем не поддерживала. Но одиночество — не лучшая участь для пенсионера, человек — существо социальное. Поэтому когда в жизни Н. Сипатрина появилась новая любовь, он не стал ей противиться.

Новой избранницей немолодого офицера стала интеллигентная женщина, с которой Николай Николаевич и решил прожить последние годы жизни. По настоянию подруги продал свою 2-комнатную квартиру и все деньги вложил в покупку 3-комнатной в живописном уголке Крыма — Партените.

 — Жили мы душа в душу, — рассказывает Н. Сипатрин. — Правда, официально отношения не регистрировали. Супруга говорила, что не хочет терять льготы, положенные ей как вдове Героя Советского Союза. А потом заболела, долго лежала… Ее дочь от первого брака ни разу не приехала проведать мать, я сам за ней ухаживал, был рядом до последнего вздоха. Но почти сразу после похорон меня попросту выставили на улицу. Как заявили дочь жены и ее муж, я здесь никто и зовут меня никак, мол, они — родственники первой очереди и по закону все наследство покойной принадлежит им. Некоторое время жил в гараже, но и оттуда меня выгнали. Спасибо, нашлась женщина, приютившая меня, пока я у нее «на птичьих правах». Обращался в органы местного самоуправления, надеялся, что выделят хотя бы комнату в общежитии. Но максимум, чем помогли, — поставили на очередь. Мой номер третий, но неизвестно, когда будет распределение — через 5 лет? Через 6? Мне не так долго осталось, неужели придется провести последние дни на улице?

— К сожалению, я не в силах вам помочь, — вынужден был признаться Петр Запорожец. — Органы местного само­управления не дают вам комнату в общежитии или отдельное жилье не из вредности, а в соответствии с законом. Вы уже получали от государства квартиру, ту, двухкомнатную. Да и нет в жилфонде поселка свободных метров, сами понимаете, курортный регион. Единственное, что могу посоветовать, — ждите своей очереди. Это единственная возможность обрести собственный угол. Впереди всего два человека, не двадцать. Будем надеяться, очередь продвинется быстро.

Пожилой человек ушел ни с чем. Седая голова, шаркающая походка, наградные плашки на потертом пиджаке, усталые глаза… И ведь действительно помочь ему нельзя — закон есть закон. Квартира оформлена на жену, брак с которой не был официально зарегистрирован, ее дочь — законная наследница. И никто не в силах доказать, что львиная доля средств, потраченных на покупку жилья на ЮБК, вложена Николаем Сипатриным. В одночасье у ветерана выбили почву из-под ног. Будущее, которое ранее виделось в радужных красках, заволокло туманом. Воистину хотел как лучше, а получилось — как всегда…

Нелегкая участь выпала и на долю Ангелины Кононенко, обратившейся к Петру Запорожцу с просьбой оказать материальную помощь на лечение родных — мужа и внука.

— В нашей семье трудное материальное положение, мы не в состоянии своими силами оплатить срочное лечение мужа, которому врачи поставили неутешительный диагноз — онкология, и провести медицинское обследование маленького внука, страдающего сложной формой бронхита. Я направляла заявление с просьбой о помощи в управление труда и социальной защиты населения Киевского районного совета Симферополя, однако выделенных средств — 250 грн — катастрофически не хватает даже на покупку лекарств. Окажите содействие, сама никак не справлюсь!

Внимательно выслушав заявительницу, Петр Запорожец попросил представить все имеющиеся медицинские справки и выписки, которые будут приложены к обращению в Министерство социальной политики АРК для оказания материальной помощи семье. Глава комиссии также отметил, что поручит помощникам подготовить письмо в адрес руководства КРУ «Детская клиническая больница», чтобы внуку заявительницы провели необходимое обследование.

"Крымские известия"